В течение 10-11 апреля российские агрессоры провели ряд провокаций на собственной территории и в оккупированном Крыму, которые должны были свидетельствовать о якобы «исключительной украинской угрозе».

Так, с вечера 10 апреля подконтрольные агрессору медиа массово распространяли фейковую «новость» об якобы «сбитом над севером Крыма беспилотнике». При этом российские пропагандисты обнародовали фотографии поврежденного здания в деревне, но остатки якобы «сбитого аппарата» не демонстрировались.

Уже 11 апреля было заявлено, что от инцидента якобы пострадала и школа, а позже руководитель российского следственного комитета заявил о «расследовании» соответствующего «обстрела», но уже не «беспилотником», а якобы «снарядом». Обе версии российской пропаганды представляются откровенно фантастическими.

В дальнейшем оккупанты заявили о якобы «обстреле со стороны Мариуполя» прибрежного поселка в Краснодарском крае, по другую сторону Таганрогского залива. Также 11 апреля пропагандой агрессора распространяется фейковое видео, на котором анонсируются якобы боевые действия на территории одной из смежных с Украиной областей россии.

При этом в реальном мире губернаторами Курской, Белгородской и Воронежской областей в сопредельных с Украиной районах был объявлен «желтый уровень террористической опасности», который увязывается с якобы «возможными провокациями украинских националистов». Тождественные заявления сделала и подконтрольная агрессору так называемая «власть Крыма».

В данных условиях следует ожидать организованные спецслужбами агрессора провокации, как в Крыму, так и в сопредельных с Украиной регионах России. Их целью может быть преступная попытка дискредитации Вооруженных Сил Украины в глазах иностранных цивилизованных стран, а также попытка «оправдания» открытого применения в Украине российскими захватчиками запрещенного международным правом оружия.

В частности, подконтрольные оккупантам спикеры фейковой террористической «народной республики» уже анонсировали 11 апреля свое намерение применения собственных «химических войск» против подразделений украинского войска в Мариуполе.

Тем самым агрессор признал как наличие у российского войска запрещенного химического оружия, так и намерение и желание россии его применять.