Алексей Плотников, к.ю.н., международное право

В Украине не очень замеченным прошло событие, состоявшееся в Стамбуле 13 ноября. На саммите Совета сотрудничества тюркоязычных государств было заявлено об изменении названия этой организации, которая теперь называется Организацией тюркских государств. Была утверждена Концепция развития тюркского мира до 2040 года [1].

Для Украины эти события представляют интерес в нескольких аспектах. Во-первых, она является домом, по меньшей мере, для трех коренных тюркоязычных народов (крымские татары, караимы, крымчаки), одной группы, которая может в будущем претендовать на статус коренного народа (урумы), и одного тюркоязычного народа, реализующего свое право на самоопределение в рамках соседнего государства, но этническая территория которого частично находится в Украине (гагаузы). Во-вторых, Турция – сосед Украины, с которой наше государство активно развивает политические, экономические, культурные связи и сотрудничает в военной сфере.

В-третьих, если Украина претендует на субъектность в международной политике, она должна понимать интеграционные процессы, происходящие в мире, особенно вблизи ее границ. В-четвертых, речь идет о развитии экономических возможностей от участия в некоторых проектах ОТД в настоящем или будущем. Безусловно, стратегическим приоритетом нашего государства остается интеграция с европейскими структурами, однако возможности, открывающиеся благодаря работе с другими интеграционными объединениями, также не должны оставаться незамеченными.

Корни современной интеграции тюркских народов следует искать в идеях пантюркизма, возникших в интеллектуальной среде в XIX веке как часть либерального просветительского движения джадидизма. Одним из главных идеологов этого движения был видный крымскотатарский общественно-политический деятель Исмаил Гаспринский [2]. Эти идеи сохраняли определенную популярность в течение ХХ века, хотя не могли быть реализованы, поскольку тюркские народы стали частями больших интеграционных проектов: часть из них оказалась в составе СССР, в то время как Турция в 1949 году стала членом Совета Европы и претендовала на членство в других европейских объединениях, в частности Европейском Союзе (относительно развития идей пантюркизма, их взаимодействия с другими тюркскими интеграционными проектами, такими как османизм, а также влияния на современную тюркскую интеграцию есть ряд экспертных исследований [3]).

Распад СССР открыл новейшие возможности для сближения тюркоязычных народов. Первым шагом стало создание в 1993 году Международной организации тюркской культуры (ТЮРКСОЙ), членами которой стали Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан, Туркменистан и Турция. В качестве наблюдателей в ней участвуют представители тюркоязычных регионов, таких как Татарстан, Гагаузия, Северный Кипр и другие[4]. Эта организация сравнима с другими глобальными культурно-лингвистическими проектами, такими как французская Международная организация сотрудничества франкоязычных стран мира (Франкофония) или Организацией иберо-американских государств.

Тяготение к культурной составляющей интеграции наблюдается и в Парламентской ассамблее тюркоязычных государств (ТюркПа), которая была образована в Стамбуле в 2009 году [5]. Это объединение парламентов Азербайджана, Казахстана, Кыргызстана и Турции (Туркменистан и Венгрия ограничиваются ролью наблюдателей) служит для консультаций и наработки общих позиций по сближению законодательств, особенно о культурном наследии, истории и искусстве, обсуждает политические, социальные, экономические и гуманитарные вопросы, организует обмен информацией.

В том же 2009 году между Азербайджаном, Казахстаном, Кыргызстаном и Турцией было заключено Нахичеванское соглашение о создании Совета сотрудничества тюркоязычных государств [6]. Позже к этой организации присоединился Узбекистан, а Туркменистан и Венгрия стали наблюдателями [7].

Цели этого соглашения сформированы максимально широко. Они включат налаживание сотрудничества по проблемам безопасности, политическим, торгово-экономическим, инвестиционным, таможенным, правовым, научным, культурным вопросам. В рамках организации созданы механизмы регулярного взаимодействия высших должностных лиц государств (Совет Глав государств, Совет министров иностранных дел, Комитет старших должностных лиц), а также постоянно действующие консультативно-совещательные институции (Совет Старейшин тюркоязычных государств, Секретариат).

Совет тесновато взаимодействовал с ТЮРКСОЙ и ТюркПа. Под его эгидой создан ряд новых организаций, в частности:

— Тюркский бизнес-совет, который занимается вопросами экономического сотрудничества путем налаживания взаимодействия деловых кругов государств-членов;

— Международная тюркская академия, координирующая и поддерживающая научные исследования в языковой, литературной, культурной, исторической и этнографической области;

— Тюркский фонд культурного наследия, взаимодействующий с ТЮРКСОЙ и Международной тюркской академией по защите культурного наследия;

— Тюркская торгово-промышленная палата, способствующая налаживанию коммерческих отношений между государствами-членами[8].

Как видим, Организация тюркских государств возникла не на пустом месте, и ее деятельность кроме политических деклараций, имеет вполне практическое измерение. Конечно, уровень интеграции здесь до сих пор неглубок. Совет сотрудничества тюркских государств нельзя было сравнить ни с ЕС, ни даже с гораздо менее тесной Ассоциацией государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН). Тюркская организация не создала собственного правового режима, не принимала собственные международные договоры, не обеспечивала существование свободного экономического или таможенного пространства и, по сути, оставалась скорее координационным, чем интеграционным объединением. Однако в ее рамках были созданы механизмы, позволяющие сделать все вышеперечисленное, если на это будет политическая воля государств-участников.

Очередной восьмой саммит Совета сотрудничества тюркских государств, проходил в Стамбуле 12-13 ноября. В его ходе было объявлено о принятии двух программных документов – Декларации [9] и Концепции тюркского мира до 2040 года [10]. Первая подводит итоги предыдущего развития, вторая посвящено общей стратегии на будущие годы.

В Декларации отмечаются многочисленные успехи Совета сотрудничества и связанных с ним структур. Главный практический ее аспект – изменение названия организации и принятие Концепции до 2040 года. Также в Декларации отмечается необходимость разработки дорожной карты развития Организации тюркских государств на период 2022 и 2026 годов.

Концепция развития тюркского мира до 2040 года уделяет большое внимание вопросам развития и продвижения культуры и общей идентичности. Однако в ней прослеживаются и более практические направления развития политического и экономического характера. В частности, уже в преамбуле подчеркивается движение к институционализации сотрудничества от регионального объединения в региональную организацию. Принятие нового имени свидетельствует о достижении этой институциональной цели и указывает на возможность перехода к сотрудничеству именно в формате международной организации.

Примечательно, что Концепция-2040 определяет конкретный экономический базис для дальнейшего углубления кооперации. В ней отмечается, что государства-члены Организации стремятся превратиться в активную региональную экономическую группу, через территорию которой проходят торговые коридоры между Востоком и Западом, Севером и Югом. В отличие от политических целей, сформированных в более чем общих формулировках, экономические цели указаны довольно конкретно. Среди них:

— либерализация транспортного сектора государств-членов, с целью ускорить транспортные операции и минимизировать расходы на логистику так, чтобы достичь быстрого, стабильного и беспрепятственного движения транспорта по Транскаспийскому международному транспортному маршруту;

— капитализация существующих и создание новых перспективных региональных транспортных коридоров и их интеграция с Транскаспийским маршрутом;

— работа по созданию режима свободного движения товаров, капиталов, услуг, технологий и лиц между государствами-членами;

— превращение Транскаспийского международного транспортного маршрута в кратчайший и безопасный транспортный путь между Востоком и Западом и инкорпорация государств-членов в региональные и глобальные цепочки поставки и увеличение стоимости товаров, перемещаемых по Маршруту;

— упрощение и гармонизация таможенных и транзитных процедур, политик в области транспорта, технических стандартов, применяемых в работе Транскаспийского маршрута;

— увеличение инвестиций для обеспечения межрегиональной связанности и развития взаимосвязанной транспортной инфраструктуры;

— обеспечение взаимодействия в выполнении международных соглашений в сфере транспорта, в том числе через создание экологически безопасных условий транспортировки и стимуляцию инноваций;

— развитие стратегических инфраструктурных проектов в области энергетики, таких как газовые коридоры, обеспечивающие потребности государств-членов и европейских стран в сфере глобальной энергетической безопасности.

Это далеко не полный перечень экономических аспектов развития тюркского сотрудничества, изложенных в Концепции-2040, но этого достаточно для двух основных выводов.

Во-первых, в Организации тюркских государств – это не просто клуб по культурным интересам. Она имеет прочную материальную основу, объединяющую экономики государств-членов – новый Шелковый путь между мощнейшими экономическими силами мира. Тюркские государства стремятся быть не просто пассивными посредниками на этом пути, а добавлять в него собственный вклад как энергоресурсами, так и увеличением стоимости движущихся по этому пути товаров. Можно проследить аналогию с формированием Европейского Союза, в создании которого ведущую роль играли также идеологические (европейское единство) и экономические (создание единого экономического пространства) соображения.

Во-вторых, наличие в ОТД не только идеологической, но и экономической основы говорит в пользу того, что проект окажется жизнеспособным, долговременным, а интеграция в его рамках будет усиливаться. Гармонизация законодательств, контроль свободного движения капиталов, товаров, лиц, технологий – все это потребует постоянно действующих межгосударственных органов, равно как и создания массива международно-правовых норм, которые будут регулировать соответствующую деятельность. Можно ожидать возникновения международно-правового режима ОТД, который, в свою очередь, сам по себе будет стимулировать дальнейшее сближение государств-членов.

Интерес Украины к деятельности ОТД очевиден. Территориальная близость и проживание в Украине, в первую очередь в Крыму, тюркоязычных коренных народов дополняется возможностью и даже неизбежностью участия нашего государства в работе трансконтинентальных транспортных путей и обеспечении энергетической безопасности путем получения энергоресурсов напрямую от тюркских стран без посредничества государства-агрессора.

Вопросы конкретных политических и экономических выгод сотрудничества с ОТД оставим политикам и экономистам, а с юридической точки зрения следует констатировать, что у Украины есть возможность сближения с тюркской организацией через механизм участия в качестве наблюдателя. Для развития такого сотрудничества не усматривается препятствий, кроме недостаточного внимания со стороны лиц, принимающих решения. Известно лишь, что первый заместитель министра иностранных дел Украины Эмине Джапарова сообщила, что ведется обсуждение возможностей участия Украины в Тюркском совете в качестве наблюдателя [11]. Кажется, превращение Совета в Организацию тюркских государств – это отличный повод для нового раунда таких переговоров и наработки более конкретных решений, которые могут стать значимыми для деоккупации и реинтеграции Крыма.

1. https://www.turkkon.org/en/haberler/eighth-summit-of-the-organization-of-turkic-states-was-held-in-istanbul_2394

2. https://eppd13.cz/wp-content/uploads/2016/2016-3-3/06.pdf

3. https://shron1.chtyvo.org.ua/Buza_Kateryna/Zovnishnia_polityka_Turetskoi_Respubliky_u_konteksti_vnutrishnikh_ta_zovnishnikh_vzaiemovplyviv.pdf?PHPSESSID=m028qv5j6skreh8g2uu0b7g092

4. https://www.turksoy.org/ru/turksoy/about

5. https://www.turk-pa.org/en/content/docs/other_docs/236_the_istanbul_agreement_on_the_parliamentary_assembly_of_turkicspeaking_countries__21_november_2008

6. https://www.turkkon.org/assets/pdf/temel_belgeler/nakhchivan-agreement-on-the-establishment-of-the-copperation-council-of-turkic-speaking-states-1-en.pdf

7. https://www.turkkon.org/en/turk-konseyi-hakkinda

8. https://www.mfa.gov.tr/turk-konseyi-en.en.mfa

9. https://www.turkkon.org/assets/pdf/haberler/declaration-of-8th-summit-2395-95.pdf

10. https://www.turkkon.org/assets/pdf/haberler/turkic-world-vision-2040-2396-97.pdf

11. https://tyzhden.ua/Culture/251585