Этническая история крымских татар сложная и во многом недостаточно исследована. Бесспорно, что Крымский полуостров тысячелетиями был плавильным котлом, где контактировало бесчисленное количество племен и этнических групп. Почти мифические Тавры встречались с киммерийскими и скифскими кочевниками, тогда как позднее части Крыма были колонизированы греками. В Темные века во время больших варварских миграций прибыли остготы. Горный юг полуострова был форпостом византийцев и генуэзцев, а северные степи были захвачены новыми волнами кочевников, включая хазаров, куманов и монголов. В XV веке возникло Крымское ханство, которое стало одним из самых сильных и самых важных вассалов Османской империи. В течение следующих трех столетий Крым и Украина пережили длительные периоды войн, иногда прерывались заключенными из соображений необходимости военными союзами. Это было время, когда формировались как украинская, так и крымскотатарская идентичность. Будучи родственными кровью в результате длительных враждебных и мирных контактов, Украина и Крым были разными по языку, религии и культуре. Крымские татары были и остаются мусульманами-суннитами, разговаривая языком тюркского происхождения, и их культура формировалась под восточными и средиземноморскими влияниями, в отличие от Украины, преимущественно православной, что говорит на славянском языке и является частью культуры Восточной Европы.

Об этом пишет кандидат юридических наук Алексей Плотников.

Истоки и национальная принадлежность крымских татар были описаны в англоязычной литературе Х. Киримлы [1], А. Фишером [2], и Б. Уильямсом [3], и для целей этого документа нет необходимости подробно рассматривать их. Важным моментом является то, что крымские татары четко отличаются от большинства населения Украины и имеют индивидуальную оригинальную идентичность.

С XVIII века и Украина, и Крым были частью Российской империи, а позже СССР. В период с 1922 по 1954 год Крымский полуостров, который физически, исторически и экономически связан с украинским материком, входил в состав Российской Советской Федеративной Социалистической Республики. Крымскотатарское население росло медленно (194 тыс. в 1897 г. и 218 тыс. в 1939 г.), в то время как русское население втрое увеличилось из-за миграции (180 тыс. в 1897 г. и 558 тыс. в 1939 г.). Украинское население увеличилось аналогичным образом (65 тыс. в 1897 г. до 154 тыс. в 1939 г.), поэтому крымские татары оказались меньшинством на собственной земле.

Вторая мировая война стала катастрофой для крымских татар. Кроме военных и гражданских жертв, они стали одной из целей сталинской кампании против «предательских народов». 18-20 мая 1944 года примерно 228 тыс. человек всех возрастов, включая семьи солдат Советской Армии, были насильственно депортированы из Крыма в Узбекистан и другие страны Центральной Азии, где им пришлось начать новую жизнь без права возвращения, но с меткой «предателей». По подсчетам А. Поля [4, с. 10], около 42 000 крымских татар погибли в результате суровых условий транспортировки, неправильного питания, болезней и плохих условий жизни между 1944 и 1951 годами.

Хотя крымскотатарский народ физически не был истреблен, были приняты усилия, чтобы уничтожить их как национальность и стереть память об их существовании. Как указывала Г. Уелинг [5], стирание крымских татар приобрело «целостного характера», включая изменение названий мест в Крыму, разрушение или перестройку мечетей, запрет упоминать крымских татар в литературе и искусстве и попытки ассимиляции выживших.

В 1954 году Крымский полуостров был передан от Российской Советской Федеративной Социалистической Республики в Украинскую Советскую Социалистическую Республику. По данным переписи населения 1959 года в Крыму осталось только 417 крымских татар, большинство из которых были женщинами, состоящими в браке с мужчинами других национальностей, которые были единственным исключением из советской национальной политики депортации.

Официальные «обвинения» против крымскотатарского народа были сняты в 1967 году, но депортированным так и не позволили вернуться, а тех, кто пытался сделать это незаконно, депортировали обратно в места предыдущего проживания. В то время крымские татары стали заметной частью советского диссидентского и правозащитного движения, в результате чего получили новые преследования и заключения активистов. Лишь в 1989 году комиссия, образованная советским правительством, решила, что крымским татарам может быть разрешено вернуться. [6, с. 41-42].

 Однако возвращение крымских татар домой произошло после провозглашения независимости Украины в 1991 году. Несмотря на недостаточную поддержку со стороны государства и этническую напряженность между вернувшимися и местным русским и украинским населением, в 2001 году в Украине проживало около 248 тыс. Крымских татар в Крыму и прилегающих районах. Они сформировали органы национального самоуправления (Курилтай и Меджлис), а в 1998 году Мустафа Джемилев, правозащитник, политический диссидент и признанный моральный лидер крымскотатарского народа, стал членом украинского парламента.

Кроме незначительной материальной помощи и определенной степени политического признания, Украина до 2014 года мало что сделала для помощи крымскотатарского народа в преодолении последствий депортации. Такие меры, как реституция собственности, восстановление мест поклонения, возвращение исторических названий географическим объектам, памяти депортации, время от времени обсуждались, но никогда не осуществлялись. Крымские татары были признаны гражданами Украины, но не получили признания их страданий, а вопрос восстановления их прав не был в политической повестке дня Украины до 2014 года, когда крымскотатарский вопрос стал элементом стратегии Украины в борьбе Российской агрессией.

1. Kırımlı, Hakan. National Movements and National Identity among the Crimean Tatars (1905-1916). Leiden: Brill, 1996.

2. Fisher, Alan W. Crimean Tatars. Stanford: Hoover Institution Press, 2014.

3. Williams, Brian. “The Ethnogenesis of the Crimean Tatars. An Historical Interpretation”. Journal of Royal Asiatic Society 11, no 3 (2001): 329-348.

4. Pohl, Otto. Ethnic Cleansing in the USSR, 1937-1949. Westport: Greenwood Press, 1999.

5. Uehling, Greta. “Genocides Aftermath: Neostalinism in Contemporary Crimea.” Genocide Studies and Prevention 9, no. 1 (2015): 3–17.

6. Uehling, Greta. Beyond Memory: The Crimean Tatars’ Deportation and Return. New York: Palgrave Macmillan, 2004.