Виктор Филатов, кандидат юридических наук, доцент

На восьмом году покушения на аннексию Крыма можно уверенно сказать, что Россия просто уничтожает полуостров не только экономически и политически, но и в смысле тотального нарушения прав и свобод граждан Украины, оставшихся на оккупированной территории. Речь идет не только об ограничении отдельных прав, мешающих оккупантам реализовывать свою политику колонизации захваченных насильственным образом территорий, но и о таких базовых правах, как право на свободу совести и вероисповедания, право на обращение граждан к оккупационной «власти». Об этом уже много говорили как в Украине, так и на уровне международных организаций. Сегодня же в зоне риска оказались иные основополагающие права и свободы, признанные на международно-правовом уровне. Прежде всего речь идет о равенстве мужчин и женщин и недопущении дискриминации по признаку пола.

Во всем цивилизованном мире защита таких прав проводится в рамках реализации гендерной политики, основополагающие принципы которой определены в следующих международно-правовых актах: Всеобщая декларация прав человека, Конвенция о политических правах женщин, Декларация о защите женщин и детей в чрезвычайных обстоятельствах и в период вооруженных конфликтов, Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, Европейская социальная хартия, Конвенция о предотвращении насилия в отношении женщин и домашнего насилия и борьбу с этими явлениями [1]. Во всех цивилизованных странах мира вопросы обеспечения гендерного равенства уже давно стало правилом гармоничного и устойчивого развития общества, а системные конфликты на основе гендера канули в прошлое.

После «Революции Достоинства» в Украине произошло существенное переосмысление основ гендерной политики, и сейчас она стала неотъемлемой составляющей политики государства. К уже существующему Закону Украины «Об обеспечении равных прав и возможностей женщин и мужчин» [2], добавились новые нормативно-правовые акты, в которых были регламентированы вопросы гендерного равенства и недопущения дискриминации по признаку пола. К таким актам можно отнести Закон Украины «О государственной службе», указ Президента Украины «Об утверждении Национальной стратегии в области прав человека», постановление Кабинета Министров Украины «О проведении гендерно-правовой экспертизы» и так далее [3]. В оккупированном Россией Крыму ситуация кардинально противоположная. Оккупационные «власти» кажется вообще не слышали о таком явлении, как гендерная политика. Проанализируем конкретные факты из доступных источников.

В целом гендерная политика России признана миром очень неэффективной, поскольку это государство занимает 81 место в рейтинге из 153 возможных. Это означает, что механизмы обеспечения гендерного равенства в России почти не работают. Именно поэтому и возникла ситуация, когда количество женщин на руководящих государственных должностях там составляет 7-12 %, а остальные – это мужчины, которые кстати получают в России гораздо большие доходы. При этом эксперты из Давоса рассчитали, что России нужно не менее 100 лет для того, чтобы достичь стандартов гендерного равенства европейских стран [4]. Подчеркнем, что гендерное неравенство в РФ проявляется во всех возможных сферах: экономика, политика, образование, труд. Конечно, после оккупации Крыма, российские «власти» полностью скопировали существующую модель гендерной политики на оккупированной территории.

Однако отметим, что нарушения прав женщин в оккупированном Крыму приобрело значительно большие масштабы, чем на территории собственно России. Дело в том, что крымские женщины начали активное сопротивление оккупационной «власти». О тотальном нарушении прав женщин и гендерном неравенстве сразу начали говорить на уровне международных организаций. В частности, еще в 2015 году на заседании Комитета ООН по ликвидации всех форм дискриминации женщин были озвучены факты дискриминации крымскотатарских женщин, многодетных женщин, учителей, а также женщин, страдающих ВИЧ. Причем Россия на этом заседании отчиталась о якобы выполнении ею требований Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин [5]. Достаточно цинично, не так ли? Говорить о том, что все в порядке, параллельно нарушая права женщин на оккупированном полуострове.

Причем нарушения носят характер прямой дискриминации, которая больше похожа на геноцид невыгодных для Кремля женщин. В частности, стоит упомянуть о смерти двух пожилых крымских женщин, ставших жертвами режима. Веджие Кашка – это 73-летняя активистка, которая умерла в результате ее «ареста» оккупантами, отстаивая право на собственный язык и культуру. Также точно известны факты о смерти 82-летней учительницы украинского языка из Ялты, которая отстаивала государственном языке на оккупированном полуострове. Эксперты отмечают, что в оккупированном Крыму наблюдается тенденция отстранения женщин от принятия любых решений по защите их прав и свобод [6]. В таких условиях не стоит вообще говорить о цивилизованной гендерную политику, поскольку государство-агрессор наверняка живет по другим правилам, чем все человечество.

Во многих случаях гендерное неравенство обусловлено политическими факторами. Например, крымскотатарские женщины, в семьях которых есть политзаключенные Кремля активно объединяются для того, чтобы освободить своих мужей. Такие женщины очень раздражают оккупационную власть, ведь их постоянно отмечают на мировом уровне. Так, крымской татарке, адвокате ссе Лиле Гемеджи, защищающей права незаконно заключенных, недавно вручили премию Нидерландов «Тюльпан прав человека». Эту награду получают те, кто работает в условиях рисков для собственной безопасности [7]. России тепер «ничего не остается» кроме дискриминации таких женщин, нарушения их основных прав и ограничение свобод. Государство-агрессор даже не обращает внимания на всеобщее осуждение со стороны мирового сообщества. Собственные политические цели гораздо важнее мировой изоляции.

Дискриминация женщин в оккупированном Крыму уже стала нормой жизни. Она проявляется не только по отношению к правозащитницам. В зоне риска все женщины, имеющие активную позицию и открыто критикующие оккупационную «администрацию». Прежде всего речь идет об учителях и блоггерах, которые работают на полуострове. Среди личностей можно отметить: защитниц крымскотатарского языка Лили Буджурову и Ленару Мустафаеву, блоггеров Элину Мамедову и Назиф Сейтумерову, поэтессу Алие Кенжалиеву. Объектом дискриминации также становятся женщины, которые представляют институты гражданского общества. Отдельно стоит отметить аресты активисток общественного объединения «Крымская солидарность» Лутфие Зудиевой и Мумин Салиевой. Дискриминации также подвергаются журналистки крымских медиа. Так, в 2019 году оккупанты объявили в «международный розыск» журналистку телеканала «ATR» Гульсум Халилову [8].

Достаточно серьезной проблемой во временно оккупированном Крыму стала дискриминация ЛГБТ сообществ. Здесь гендерное неравенство по сути превращается в гомофобию, поскольку женщины, имеющие соответствующую сексуальную ориентацию не только ограничены в правах, они рискуют собственной жизнью и свободой, ведь по российскому законодательству любые упоминания о ЛГБТ могут быть расценены как пропаганда, за которую предусмотрено лишение свободы. Также на полуострове распространена дискриминация по языково-культурному признаку. В данном случае страдают не только женщины, но и дети, которым сложно получать образование на родном крымскотатарском языке. Также нередки случаи дискриминации женщин по религиозному признаку, ведь на полуострове распространены антиисламские настроения [9].

Проявлением гендерного неравенства является существование в России и на территории оккупированного Крыма значительных ограничений трудовых прав женщин. Так, по законодательству России действует список из 456 профессий, которые недоступны для женщин. То есть, женщины Крыму пока просто не могут трудоустроиться по этим профессиям в силу установленных запретов. Примерами таких ограничений является сфера морского транспорта и авиации, а также сферы химического производства. Однако, женщин ни кто не спросил – могут и хотят ли они работать в этих сферах. По мнению международных экспертов, такое неравенство может считаться дискриминацией, и приводит к негативным последствиям. Например, гендерное неравенство активизирует домашнее насилие [10]. Похоже оккупационная «власть» не слишком обеспокоена этим вопросом, ведь для нее важнее иллюзия «развития» и тотальный контроль над общественной жизнью.

К сожалению, стоит упомянуть и о наличии на территории оккупированного Крыма проблемы гендерно-обусловленного сексуального насилия в отношении женщин и детей. Эта проблема существует с начала оккупации полуострова и сейчас достигла угрожающих масштабов. Ситуация осложняется тем, что карательные структуры России в Крыму почти не реагируют на такие случаи, а статистика раскрытия подобных преступлений крайне низкая. На сегодня Украина пытается всячески актуализировать эту проблему и информировать международные институты о ее сущности и масштабах [11]. Однако учитывая сложность доступа на оккупированную территорию Крыма международных наблюдателей, крымские женщины остаются один на один с этой проблемой.

Гендерное неравенство в Крыму также проявляется в том, что женщины, получившие обвинительные «приговоры» российских судов, не могут «отбывать наказание» на полуострове, поскольку там банально отсутствует женская «колония». Их всех принудительно перемещают на территорию РФ, что является нарушением Женевской конвенции о защите гражданского населения во время войны. Как правило, в исправительных учреждениях России крымскотатарские женщины подвергаются жестокому обращению и не получают качественную медицинскую помощь. Причем понятно, что значимая часть из этих «приговоров» носят политический характер, что они вынесены женщинам с активной гражданской позицией [12]. Это выглядит как месть и издевательства над женщинами, которые просто хотят разговаривать на родном языке, получать образование, реализовывать свои права и свободы.

Обязательно следует упомянуть об экономической дискриминации по гендерному признаку. Она прежде всего проявляется в лишении женщин права на отдельные социальные выплаты и гарантии, предусмотренные в Украине. Например, права на получение многодетными женщинами земельного участка, права на получение выплат женщинами, которые имеют статус матери-героини, ограничение права на получение помощи при рождении ребенка. Есть случаи дискриминации по «признаку гражданства». Так, крымским женщинам, которые не желают получать «паспорт РФ» отказывают в оформлении права на опеку, поскольку оккупационная «власть» считает их «иностранцами» на собственно украинской территории [12]. Это противоречит всем нормам международного права в области прав человека. Но реалии «русского мира» такие, что человек может оказаться бесправным там, где испокон веков жили его предки.

Таким образом гендерное неравенство в оккупированном Крыму напрямую связана с внешней и внутренней политикой Кремля. Она приобретает вид дискриминации женщин по экономическому, культурному, религиозному и языковому признакам и по большей части противопоставляется желанию крымских женщин защищать свои права. Чем больше мы наблюдаем активность женщин, тем больше оккупационная «власть» способствует гендерно-обусловленным правонарушениям. По сути это инструмент влияния, ведь РФ понимает, что никаких «законных» способов заставить женщин молчать просто не существует, поскольку это противоречит основополагающим правам человека. Пытаясь играть роль «демократического государства», Россия выбрала именно этот путь, унизительный и жалкий. Однако от этого не легче Украине, вынужденной документировать такие правонарушения и двигаться по пути деоккупации Крыма.

Источники

1. https://www.genderculturecentre.org/wp-content/uploads/2018/04/documents-Mizhnarodni-dokumenti-ratifikovani-Ukrainoyu.pdf 

2. https://zakon.rada.gov.ua/laws/show/2866-15

3. https://decentralization.gov.ua/gender/legislation

4. https://www.gazeta.ru/lifestyle/style/2019/12/a_12870212.shtml

5. https://investigator.org.ua/news/167201/

6. https://ctrcenter.org/ru/news/6529-ekspertu-oon-predostavili-primery-narusheniya-v-krymu-prav-pozhilyh-zhenschin

7. https://qha.com.ua/ru/novosti/protestnoe-dvizhenie-v-krymu-imeet-zhenskoe-litso-tasheva-o-narushenii-prav-zhenshhin-na-okkupirovannyh-territoriyah-ukrainy/

8. https://ctrcenter.org/ru/news/3007-presledovanie-i-nasilie-v-otnoshenii-zhenschin-v-okkupirovannom-krymu

9. https://adcmemorial.org/novosti/crimea-donbass-human-rights/

10. https://lenta.ru/articles/2019/05/04/forbidden/

11. https://www.rada.gov.ua/news/Top-novyna/145957.html

12. https://voicecrimea.com.ua/main /articles/poza-zonoyu-dostupu-zaxist-prav-zhinok-na-timchasovo-okupovanij-teritori%D0%87-krimskogo-pivostrova.html