Алексей Плотников, к.ю.н. международное право

В период с 19 по 30 апреля 2021 в Нью-Йорке проходит 20-я сессия Постоянного форума по вопросам коренных народов. Темой нынешнего форума является «Мир, справедливость и сильные институты: роль коренных народов в реализации Цели 16 устойчивого развития». Данный очерк касается целей развития и того, почему их обсуждение на Форуме является важным для оккупированного Крыма.

Время от времени ООН устанавливает приоритеты, которые определяют их работу на определенный будущий период. Например, период между 1991 и 2000 годами был объявлен Третьим десятилетием разоружения [1], а между 2000 и 2015 годами ООН преследовала Цели развития тысячелетия [2]. Следуя этим стратегических видениям, ООН концентрирует свое внимание на определенных проблемах, организует широкое обсуждение соответствующих вопросов, принимает конкретные меры для решения проблем и часто принимает обязательные международные договоренности.

Стратегический документ на период между 2015 и 2030 годами определяется резолюцией Генеральной Ассамблеи A/70/L.1 «Трансформация нашего мира: Повестка дня устойчивого развития до 2030 года» [3]. Согласно документу, «Эти цели и задачи будут стимулировать в ближайшие 15 лет деятельность в областях, имеющих огромное значение для человечества и планеты». Несколько раз в документе упоминается о необходимости расширения прав и возможностей коренных жителей, поскольку «Мы, народы Объединенных Наций», упомянутые во вступительных словах Устава ООН, означают также коренные народы.

Цель 16, которая является темой Форума по вопросам коренных народов, состоит в содействии построению миролюбивого и открытого общества в интересах устойчивого развития, обеспечении доступа к правосудию для всех и создании эффективных, подотчётных и основанных на широком участии учреждений на всех уровнях. Она включает, в том числе, следующие задачи:

— содействовать верховенству права на национальном и международном уровнях и обеспечить всем равный доступ к правосудию;

— создать эффективные, подотчетные и прозрачные учреждения на всех уровнях;

— обеспечить ответственное принятие решений репрезентативными органами на всех уровнях, с участием всех слоев общества;

— обеспечить доступ общественности к информации и защитить основные свободы в соответствии с национальным законодательством и международными соглашениями;

— поощрять и проводить в жизнь не дискриминационные законы и политику в интересах устойчивого развития.

Эти цели вполне очевидно совпадают с Декларацией о правах коренных народов [4], поэтому неудивительно, что коренные народы представляют свои позиции именно в рамках Цели 16. Безусловно, ни Декларация коренных народов, ни Цели развития, ни решения Форума по вопросам коренных народов не имеют обязательного характера для государств. Тем не менее, они базируются на существующих обязательствах, а нынешняя работа направлена на разработку будущих обязательств.

Оккупация Крыма остается уникальным случаем, когда территория коренного народа, образующая часть территории одного государства, оккупирована другим государством, ведущим враждебную политику в отношении этого коренного народа. Эта оккупация без согласия коренного народа сама по себе является серьезным нарушением прав коренных народов и актом, который явно противоречит Цели 16, как это сформулировано в Целях развития. Дальнейшие действия российской оккупационной власти добавили значительной тяжести нарушениям, поскольку они непосредственно покрываются твердыми международными обязательствами, которых РФ не соблюдает.

Рефат Чубаров, председатель Меджлиса, в своем обращении к Форуму коренных народов [5] пояснил, что российская оккупация является угрозой для будущего коренных народов Крыма. По словам Чубарова, это иллюстрируется запретом Меджлиса как представительного органа, репрессиями и преследованием коренного народа, включая невыполнение приказа Международного суда об отмене запрета Меджлиса.

Действительно, запрет Меджлиса представляется наиболее вопиющим нарушением прав крымских татар как этнической и политической группы (не говоря уже о непоправимых нарушения личных прав, таких как убийства, насильственные исчезновения и пытки). Этот запрет не только не соответствует цели развития сильных и инклюзивных институтов, но также противоречит Конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации (КЛРД), которая действует между Украиной и РФ, и к которой последняя не сделала оговорок.

Примечательно, что статья 5 КЛРД обязывает государства гарантировать каждому право без различия расы … национального или этнического происхождения, равенство перед судом и всеми другими органами, осуществляющими правосудие, право участвовать в управлении государством, так же как и в руководстве государственными делами на любом уровне. В сфере гражданских прав Конвенция определяет обязанность государств обеспечивать право на гражданство, право на свободу мысли, совести и религии, право на свободу мнений и самовыражения, права на мирные собрания и объединения, право на образование и обучение, право на равное участие в культурной жизни.

В случае нарушения этих прав, статья 6 Конвенции обязывает стороны гарантировать, что каждый, кто находится под их юрисдикцией, будет иметь эффективные средства защиты в компетентном национальном суде или в других учреждениях против любых актов расовой дискриминации, а также возможность требовать адекватного возмещения вреда, причиненного в результате дискриминации. Кроме того, согласно статье 7, государства должны обязаться немедленно принять эффективные меры, в частности в области обучения, образования, культуры и информации, направленные на борьбу с предрассудками, ведущими к расовой дискриминации, и способствовать взаимопониманию, терпимости и дружбе между народами, расовыми и этническими группами.

Украина заявила о нарушении этих прав в своем меморандуме, представленном в Международный суд ООН в деле против России [7]. По утверждению представителей Украины, РФ всесторонне нарушила обязанность борьбы с расовой дискриминацией, поскольку вместо того, чтобы защитить представителей крымскотатарского и украинского народа от расовой дискриминации, она активно осуществляла такую дискриминацию через действия своих исполнительных органов и судебные решений, в частности касающиеся запрета Меджлиса и отказа от защиты крымскотатарского культурного наследия.

Ранее в своем запросе о применении Международным судом обеспечительных мер, Украина указывала на риск непоправимого вреда правам крымских татар в Крыму, связанный с российской «политикой культурного стирания» через дискриминацию крымскотатарского и этнического украинского населения, в том числе путём запрета Меджлиса и подавления культурных и образовательных прав крымских татар [9].

В своем приказе [10], изданном на основании украинского запроса, Международный суд ООН ссылался на выводы Управления Верховного комиссара ООН по правам человека о том, что «запрет Меджлиса, который является органом самоуправления с квази-исполнительными функциями, как представляется, препятствует крымским татарам, которые являются коренным народом Крыма, в выборе их представительных органов». В свете этого Суд согласился с тем, что существует непосредственный риск того, что запрет Меджлиса, а также другие действия РФ могут привести к непоправимому ущербу правам, защищенным КЛРД. На основании этого, Суд обязал РФ воздерживаться от сохранения или введения новых ограничений относительно возможности крымскотатарского народа сохранять свои представительные учреждения, включая Меджлис.

Известно, что РФ до сих пор не выполнила приказ Международного суда, и ничто не указывает на то, что она намерена это сделать. Более того, официальные заявления российского МИД свидетельствуют о том, что Россия не считает, что Приказ МС ООН создал для нее обязательства отменить запрет Меджлиса, поскольку, согласно российской позиции, крымские татары не лишены возможности создания своих представительных учреждений [10].

Невыполнение РФ Приказа Международного суда ООН об отмене запрета Меджлиса свидетельствует о ее фактическом отрицании целей развития, определенных целью 16 Целей развития ООН, а именно задачи содействия верховенству права на национальном и международном уровнях и обеспечения равного доступа к правосудию для всех, задаче развития эффективных, подотчетных и прозрачных институтов на всех уровнях, задаче обеспечения всеобъемлющего представительства для всех слоев общества. Это также прямо указывает на нарушение цели продвижения недискриминационных законов и политики устойчивого развития.

Обсуждение этих вопросов под эгидой Форума по вопросам коренных народов не будет иметь немедленного влияния на восстановление прав коренных народов в Крыму. Однако на сегодня Форум является эффективным механизмом привлечения внимания органов ООН и государств-членов к нарушению прав коренного народа Крыма как систематической проблеме. В этом смысле Форум является ценным инструментом международной адвокации и важным инструментом, который коренные народы используют в своей борьбе против иностранной оккупации.

1. https://undocs.org/en/A/RES/43/78

2. https://undocs.org/en/A/RES/43/78

3. https://www.un.org/ga/search/view_doc.asp?symbol=A/RES/70/1&Lang=E

4. https://www.un.org/development/desa/indigenouspeoples/wp-content/uploads/sites/19/2018/11/UNDRIP_E_web.pdf

5. https://ctrcenter.org/ru/news/6723-vystuplenie-refata-chubarova-na-zasedanii-20-j-sessii-postoyannogo-foruma-oon-po-voprosam-korennyh-narodov

6. https://www.ohchr.org/Documents/ProfessionalInterest/cerd.pdf

7. https://www.icj-cij.org/public/files/case-related/166/166-20180612-WRI-01-00-EN.pdf

8. https://www.icj-cij.org/public/files/case-related/166/166-20170419-ORD-01-00-EN.pdf

9. https://www.icj-cij.org/public/files/case-related/166/166-20170419-ORD-01-00-EN.pdf

10. https://www.mid.ru/ru/foreign_policy/news/-/asset_publisher/cKNonkJE02Bw/content/id/2732665